Борис Токарев: «Мы с женой как два капитана»

С большим энтузиазмом и при полном единодушии в Москве проходил XXII съезд КПСС. Вся страна, включая детей, рапортовала об успехах. Перед делегатами выступали пионеры. Один из мальчиков звонким голосом декламировал стихи про то, как они будут жить при коммунизме.

Борис Токарев Легендарный советский актер с женой и сыном

«Не поверите, но это был я, - рассказывает Борис Васильевич Токарев. – Я даже попал на кадры хроники. Мне было четырнадцать лет, и мы приветствовали XXII съезд партии. Мне как самому старшему поручили вручить цветы Никите Сергеевичу Хрущеву. Я вручил, а в ответ получил не только кремлевскую коробку конфет, но и значок. С него все и началось».

Актер

Боря Токарев – мальчишка с Большой Бронной. Из самого сердца Москвы. Родители переехали сюда из Калужской области в маленькую восьмиметровую комнату в большой коммунальной квартире. «Сейчас этого дома нет, - рассказывает Токарев. – Это был трехэтажный барак, и по всему третьему этажу, на котором мы жили, стояли подпорки. Они нужны были для того, чтобы не рухнул потолок. Мама всегда боялась, что это когда-нибудь произойдет, поэтому укладывала меня спать под стол. Потолок так и не упал, зато рухнула одна из стен. Нас переселили».

Когда родилась сестра Бориса Таня, маме пришлось устроиться на работу по соседству в ясли-сад. Жили очень трудно, мама с Борей по очереди носили одни ботинки. В школе ребята даже смеялись над ним. Это была знаменитая школа №124, в которой, кстати, училась Таня Самойлова, будущая народная артистка.

«Наш классный руководитель, Ольга Александровна Ланская, всегда меня защищала перед всеми учителями, потому что я был троечником, - вспоминает Борис Токарев. – Но мне некогда было учиться, я все время снимался».

«У нас есть такая семейная шутка, - рассказывает Степан Токарев, сын Бориса, - что мы с отцом по знаку зодиака - два Льва, а мама – Близнецы. Собственно говоря, только потому, что близнецов двое, они могут выдержать двух львов».

«Я удивительно рано начал сниматься в кино, - рассказывает Борис. – Все началось с фильма «Спасенное поколение» 1959 года. Детская фотография в картотеке киностудии имени Горького. И на ней написано таким детским почерком: «Боря Токарев». Абсолютно не думал о том, что это станет профессией на всю жизнь. Всегда пытался приобрести «серьезную» профессию. Думаю, это было влияние мамы и отца. Но потом появился фильм «Вступление» (1963 год), ставший довольно известной картиной и получившей несколько наград. И главное, моя зарплата стала больше зарплаты моего отца».

Боря Токарев – мальчишка с Большой Бронной

«Мы еще тогда жили с мамой в Минске, - рассказывает Людмила Гладунко, жена Бориса, - в доме, где был кинотеатр «Центральный». Я выбежала на улицу и увидела на здании огромную, размером с целый этаж, афишу. Раньше афиши писались вручную художниками при кинотеатрах. Эта афиша была разделена на две части по диагонали, вверху было лицо мальчика, а внизу – девочки. Я очень долго смотрела на лицо мальчика, потом сходила на фильм, он мне очень понравился. Название мне врезалось в память – «Вступление».

Мне казалось, что это о чем-то самом главном. Я как будто предчувствовала, что в моей судьбе тоже назревает такое вступление, вхождение в жизнь. Я и подумать тогда не могла, что буквально через пару лет стану партнершей Бори по фильму «Где ты теперь, Максим?» В картине я сыграю главную роль – Динку, а он – того самого Максима. А потом мы будем учиться на одном курсе. Его отношение ко мне было столь очевидное, что многие на курсе посмеивались».

Ничего удивительного, ведь Борису очень хотелось быть с ней рядом. «Мы учились вместе во ВГИКе, - делится Борис Токарев. – Ольга Ивановна Пыжова всегда смотрела на нас из-под своих толстых очков и говорила: «Токарев, отойдите от Гладунко». Но я не отходил. Неожиданно для себя я проявил завидное упорство».

«Мы вышли из одного гнезда, - рассказывает Татьяна Конюхова, народная артистка РСФСР, - из школы Ольги Ивановны Пыжовой и Бориса Владимировича Бибикова. Наших незабвенных педагогов. У них было удивительное чутье».

Борис приезжает во ВГИК и по делам, и, конечно, по зову сердца. Можно сказать, девять лет не учился, а почти жил здесь. По своей сути он студент: всегда чему-нибудь учится. Здесь каждый угол ему знаком.

«Во ВГИКе есть один «знаменитый угол», - рассказывает Борис. - В этом углу стоял и рыдал парень, которого только что не принял на курс Б.В. Бибиков. Сам Борис Владимирович в этот момент спускался вниз, проходил мимо и увидел, что горе этого паренька безмерно. Он остановился и сказал: «Хорошо, будешь ходить слушателем». Этим мальчишкой был Вячеслав Васильевич Тихонов. Эту историю Борис Владимирович нам много раз рассказывал.

Много лет спустя, в 2006 году, мы снимали документальный фильм о Тихонове, много общались. И когда закончили съемки, Вячеслав Васильевич попросил меня стать крестным отцом его внуков. И я крестил Гошку и Славика».

Борис Токарев интересуется работой молодых режиссеров, начиная со студенческой скамьи. Некоторые из них будут снимать свои фильмы на студии, которой он руководит уже много лет. Когда Борис пришел во ВГИК поступать второй раз, его мало кто понял: зачем такому успешному молодому артисту это нужно? Игорь Таланкин, режиссер «Вступления», даже отказался взять Бориса к себе на курс. Так и сказал: «Не хочу, чтобы одним хорошим артистом стало меньше».

Но Токарев упрям. Он давно мечтал о режиссуре. На следующий год набирали мастерскую Герасимов и Макарова. Борис очень серьезно готовился к экзаменам: «Когда я поступал на режиссерский факультет, то свою вступительную работу я писал про родник. Сергею Аполлинариевичу Герасимову рассказ понравился, но он решил, что это написано деревенским парнем. И он очень удивился, когда увидел, что это был я. И принял меня».

«Во ВГИКе мы играли в футбол прямо в здании института – в двух смежных аудиториях, соединенных дверью, - продолжает Борис. - Ворота команд находились в разных аудиториях, поэтому надо было прорваться через узкий дверной проем. И основная толкучка, конечно, была именно здесь. Это у нас было такое студенческое развлечение. В фойе актового зала мы занимались танцем. Педагог по танцу Маргарита Арестовна была очень требовательным человеком. Нужно было все делать очень энергично, очень быстро и, самое главное, попадать в музыку. Мы разбивались на пары и танцевали».

Борис Токарев Во ВГИКе

«Где ты теперь, Максим?» - это был не очередной фильм для Бориса, а знак судьбы. Встреча на всю жизнь с Людмилой Гладунко. Тогда они были школьниками, из-за съемок им пришлось заканчивать экстерном школу рабочей молодежи в Калининграде, бывшем Кенигсберге. И они проводили вместе много времени.

Рассказывает Юрий Назаров, народный артист РФ: «Мы начали снимать зимой, подошло лето. Приезжаем на море, все купаются и загорают, а Борю с Людой трогать нельзя, потому что у них серьезный экзамен, им надо готовиться. Для этого они уходят куда-то за кусты. Прохожу мимо и вижу, как они занимаются: сидят родненькие, целуются напропалую. И как-то ребятишки оказались подходящие и друг другу, и кинематографу».

«Пробовался я с совершенно другими актрисами, - рассказывает Борис. – И вдруг в коридоре «Мосфильма» меня встречает второй режиссер и достает фотографию, на которой изображен какой-то непонятный оборванец с оттопыренными ушами и исцарапанным лицом, но с огромными, фантастическими глазами. Я сначала не понял, кто это – мальчик или девочка. «Это наша героиня, - говорит второй режиссер. – Смотри не влюбись». Роковые слова».

Вспоминает Татьяна Конюхова: «Я побывала на самом большом празднике, который может быть только в женской судьбе, когда Риточка Гладункова, мама Людмилы и потрясающая актриса, пригласила меня на свадьбу Бореньки и Людочки».

«Я не готова была к браку, - признается сама Людмила. – Мама переехала на другую квартиру, и нам осталась малюсенькая квартирка на Мосфильмовской. Там было две крошечные комнатки, зато кухня была большой. Я вошла и сказала: «Никаких кухонь, вот эту плиту и все остальное надо убрать, здесь как раз и будет наша главная комната, гости к нам будут приходить». Мама в ужасе спрашивает: «Люда, а как же без кухни, что вы есть будете?» - «Это неважно, что мы будем есть, разберемся». Вот такое у нас было легкое отношение к жизни».

«Моя мама очень любила Борю, - рассказывает Людмила. – Во всех наших спорах она принимала его сторону. Я ужасно на это обижалась. Я говорила: «Как же так! Ведь ты же моя мама. Ты должна быть всегда за меня». Но мама почему-то всегда была на стороне мужчин».

Вспоминает сын Степан: «Знаете, как в нашей актерской семье кормили завтраком детей? Один раз мама услышала на кухне какие-то крики, рыдания, вопли. Она прибегает туда и застает следующую картину: я сижу в детском стульчике, на лице у меня полное изумление. А бабушка потрясающе читает мне драму Лермонтова «Маскарад» - в лицах, перебегая из угла в угол».

Режиссер и продюсер

Токарева как режиссер

Короткометражка «Ангел мой» - дебют Токарева как режиссера. Это одна из любимейших картин Бориса и Людмилы. И не только потому, что она получила Гран-при в городах Солоники и Киев. Это было время молодости, больших надежд, счастья. Сразу после съемок фильма у них родился сын Степан. Так звали обоих его прадедов. И это тоже был знак судьбы.

Семидесятые годы стали для Людмилы и Бориса знаковыми не только потому, что были окрашены яркими работами в кино, но и дружбой с удивительными людьми. Многие из них прошли с ними через всю жизнь. Рассказывает Жан де Глиниасти, занимавший одно время должность посла Франции в РФ: «Мы встретились с ними на Арбате, около сорока лет назад. И это был мой первый день в советской России».

Теперь Людмила и Борис хорошо понимают, что эта дружба была далеко не безопасна. Дружили наивно и бесстрашно, никогда не думая о последствиях. Высокий парнишка, француз славянского происхождения сразу поразил их своей искренностью и обаянием.

Жан продолжает: «Первые слова, которые я произнес, касались того, что у меня не было милиционера дома. Ведь обычно ко всем иностранцам, особенно дипломатам, были приставлены милиционеры для слежки за ними. А вот ко мне никого не приставили, потому что я был студентом, стажером, и для советских властей я был слишком мелкой фигурой. Зато я мог свободно приглашать кого угодно к себе, не осложняя жизнь гостям. Когда мы расставались, мы думали, что больше не увидимся. Но вся жизнь была впереди, и мы встретились вновь. Все эти воспоминания очень нежные и теплые, это было самое лучшее время, которое я провел в Советском Союзе».

«Я очень горд, что у меня есть друзья, - рассказывает Александр Михайлов, народный артист РФ. – Их немного, но они есть. Среди этих друзей есть одна уникальная пара – «два капитана»: Людочка Гладунко и Боря Токарев. Я знаю их много лет и горжусь нашими близкими дружескими отношениями».

Борис любит приезжать в места своего детства, хотя бывает здесь нечасто. В его селе Киселево почти в каждом доме жила родня мамы. «В сельской церкви меня крестили. Отец Амвросий. Тогда это было не принято. Но мама была верующая. А отец был коммунистом, вступил в партию в 1943 году, на фронте. На сельском погосте почти вся наша родня. Здесь и могила моего младшего брата Сережи, он прожил всего год. Моя сестра Таня приезжает в деревню каждый год на все лето. В местном клубе я впервые увидел «Двух капитанов» Венгерова. Смотрел фильм, наверное, раз двадцать и не мог даже подумать, что однажды сам исполню роль Сани Григорьева».

«Боря очень красивый, но его любят не за одну красоту, - считает Юрий Назаров. – Любят его вот за таких героев, героев праведных. Был бы он красивый, но при этом совершал какие-нибудь пакости и подлости, я уверен, у него не было бы столь широкой любви».

«Помню, как Станислав Ростоцкий уговаривал Борю на небольшую роль, - вспоминает Людмила Гладунко, – уговаривал сыграть лейтенанта Осянина в фильме «А зори здесь тихие…». Станислав Иосифович сразу предупредил: «Роль небольшая, но я тебе обещаю, что это будет хороший фильм». И слово свое сдержал».

«Почему Борис Токарев по факту является народным артистом? – задается вопросом писатель Юрий Поляков. - Потому что его облик ассоциируется у людей с позитивом. У него красивый, сильный голос – это часть таланта. У него внешность, от которой теплеет в душе, и хочется этого человека видеть на экране снова и снова. И это тоже часть таланта».

«В жизни он человек очень думающий, мучающийся, - рассказывает Людмила о муже. – Он может быть не слишком решительный в каких-то вещах. Но когда принимает решение, становится очень упрямым и волевым. Кроме того, он очень озорной и веселый человек. Не зря на курсе Борис Бибиков часто отдавал характерные роли именно ему, он даже стариков играл».

«Мы дружили и работали с удивительными людьми, - продолжает Людмила. – В фильме «Нас венчали не в церкви» у нас соавторами сценария были Эйдельман и Свободин. Музыку писал Шварц на стихи Булата Окуджавы».

«Исаак Иосифович всегда насвистывал свои романсы, - рассказывает про Шварца Борис Токарев. – Часто он звонил мне по телефону и говорил: «Вот я тут написал. Сейчас я тебе изображу».

Воспоминаниями делится Александр Галибин, народный артист РФ: «То, что за эту тему взялся Борис Токарев, это было очень неожиданно, потому что это была его первая картина на большом экране, где он выступал в качестве режиссера. И был очень большой риск провала, ведь в эту сторону в это время еще никто не ходил. Я считаю, что попал в «Нас венчали не в церкви» чудом, потому что очень много народу пробовалось как на главную мужскую роль – роль Сергея Синегуба, так и на Ларису Чемоданову.

Эту картину после предпремьерного показа благословил патриарх, который впервые приехал на киностудию «Мосфильм». Это был официальный выезд патриарха на студию со всеми его службами. Он каждому сделал подарки. Что можно сказать про Бориса Токарева? Он по-прежнему в строю, по-прежнему молодой, красивый, энергичный, безумный. Так же любит кино, так же любит актеров, а актеры любят его. Я знаю немало артистов, которые с благодарностью вспоминают работу в картинах Бориса».

Токарева всегда интересовала история. И так случилось, что как режиссер он снял четыре больших исторических проекта. Один из них – «Площадь Восстания». О революции 1905 года. Главные герои в нем – историк и музыкант, которых сыграли Сергей Шакуров и Владимир Симонов.

«У меня очень хорошие впечатления и воспоминания об этом фильме, - рассказывает Владимир Симонов, народный артист РФ. – Не знаю, как для Бориса и Людмилы, но для меня это была очень значимая картина. Это моя первая главная роль. Фильм стал для меня хорошим толчком. У меня такая шикарная роль, я там ношу черное пальто. Гладунко – моя партнерша по фильму.

И, конечно, было счастьем работать с Борисом. Ведь он был «два в одном» - и режиссер, и известнейший актер. На съемочной площадке он носил шапку-ушанку, тулуп какого-то брезентового цвета с черным воротником и валенки. И я понимаю, что это он, да не он. Энергетика у него фантастическая. Он всегда стремится узнавать новое, сейчас вот освоил продюсерскую профессию. Это же хорошо видно, когда человек потух, а когда – действующий вулкан».

«Я никогда не умел просить, - признается Токарев. – А в продюсерском деле, как мне кажется, это самое главное. Надо приходить и просить у всех подряд - вдруг кто-нибудь даст».

«Для меня внутреннее ощущение того, что мы высказались, - очень серьезное, - говорит Людмила Гладунко. – Потому что проект «Моя Пречистенка» рассказывает обо всем двадцатом веке, показан период в сто лет».

Рассказывает Александр Михайлов: «Картина «Моя Пречистенка» получила много призов, она была созвучна судьбам тех людей, которые сегодня тоже находятся в неком разорванном состоянии».

«В фильме все есть, - рассказывает Жан де Глиниасти, - эмоции, история… И каждый зритель может чувствовать, что происходящее на экране касается и его».

«Я очень благодарен Люде, что она просто заставила меня там сниматься, - признается Токарев. – Просто заставила. Причем сделала это очень аккуратно. Я с большим недоверием относился к тому, что смогу сыграть старика-князя. Я не верил, что это получится».

Юрий Поляков: «Я считаю, что настоящим событием современного кино стал сериал «Моя Пречистенка». На мой взгляд, его сильно недооценили. Да, у него много наград, но у нас так умеют наградить, что получается «откупился и забыл». Еще одним событием является сериал Гладунко и Токарева про Омара Хайяма».

«Есть вершины, на которые хочется забраться, чтобы оттуда посмотреть на мир, - считает Борис. – Вот одна из таких вершин – это, конечно, «Омар Хайям».

Восьмисерийный фильм 2012 года «Прорицатель Омар Хайям» для Токарева-продюсера был непростым опытом. Он многому его научил. Часть съемок проходила в Иране и Узбекистане. Очень помогло, что к проекту подключился сын Степан. Он не стал артистом, несмотря на то, что сыграл несколько ролей в кино. Закончил в МГИМО юридический факультет по международному праву».

Степан вспоминает: «Мне так было приятно, что после этого проекта отец подошел ко мне и проникновенно, искренне сказал: «Спасибо тебе большое, ты очень нас защитил».

«Я живу как-то всегда очень эмоционально, очень спонтанно, - говорит Борис Токарев. – Все разложить по полочкам, все выстроить у меня не получается. А у Люды получается. Думаю, в этом смысле мы дополняем друг друга. Мы как два капитана».

«Мы больны кино, - говорит Людмила. – Мы не мыслим жизнь без него. У нас нет такого: на площадке мы поговорили, а вот дома о кино - ни слова. Я знаю, что некоторые дают себе такую установку. Мы же говорим о кино 24 часа в сутки. Конечно, устаем от этих разговоров и друг от друга. Но кино – это такая болезнь, от которой лечиться не хочется. Да и не нужно».

Бориса и Людмилу часто спрашивают, в чем тайна их долгой совместной жизни. А ведь тайны нет. Она известна всем – любовь.

НОВОЕ ПО ТЕМЕ "СОВЕТСКОЕ КИНО, ТЕАТР, ТЕЛЕВИДЕНИЕ"

ЕЩЕ ПО ТЕМЕ "СОВЕТСКОЕ КИНО, ТЕАТР, ТЕЛЕВИДЕНИЕ"

Полное или частичное копирование материалов сайта разрешается только при указании активной ссылки : Источник материала - "Советское Время"

Яндекс.Метрика