стр. 5-7 - "Наука и Религия" №3 1978 - (Ферганские зарисовки)

Читать советские журналы онлайн

 ФЕРГАНСКИЕ ЗАРИСОВКИ

Н. ВЬЮКОВА

Ферганские зарисовкиФото О. Пороховникова и А. Усманова. Фотохроника ТАСС. 

Жемчужиной Сродной Азии называли Ферганскую долину в давние времена, называют ее так и сегодня.

Природа щедро одарила эту область и прекрасным, ровным климатом, и обильным солнцем, и живительной влагой.

Заместитель председателя колхоза по культуре и быту Мамлакат Эшанова (в центре справа) проводит очередное занятие университета коммунистического быта.

 

Не случайно фрукты здесь — самые сочные и сладкие в Средней Азии. Почти треть всех садов и виноградников Узбекистана — в этой долине. Сегодня это — важнейшая хлопковая и шелководческая база страны. А в недрах здешних гор, оберегающих этот райский уголок от холодных северных ветров и от знойного дыхания южных пустынь, есть и нефть, и уголь, и газ, и цветные металлы.

 

Огромные запасы энергии несут в себе могучие горные реки...

 

Комсомолки Гулухумор Ташлулатова, Бухаджаи Усманова. Майрам Азимова, Эчтибор Камилова, Сайдинса Эгамова окончили курсы механизаторов и получили права механиков-водителей хлоп- ноуборочных машин.

  

Город Фергана разделен на квадраты. Искусные садоводы посадили здесь разные деревья, и потому весной, летом и осенью каждая улица озаряется своей гаммой красок. Густые, разросшиеся чинары создают сплошной зеленый шатер. В арыках журчит вода. На каждом свободном клочке земли— пунцовые, белые, золотистые розы. Кажется, город украшен для какого-то праздника. В самом деле, здесь каждый день для кого-то праздник — в городе много свадеб. Вот и сегодня свадьба — серебряная. О ней сообщила городская газета в рубрике «Вас приглашают...»: «Сегодня в Доме культуры махалли Янгисай отмечается серебряная свадьба бывшего работника УВД, ныне пенсионера, Аб- духамида Каримова и его супруги — секретаря махаллинского комитета Патиляхон Каримовой».

Мы отправились по этому приглашению вместе с Сурмахон Абдуназаровой, заместителем председателя Ферганского горсовета. Сурмахон рассказывала по дороге:

— Махалля у нас — это квартал или несколько улиц. Это — изначальная ячейка общественной жизни города. Сюда возвращаются с работы, здесь проводят воскресные и субботние дни. Здесь влюбляются, женятся, спорят, мирятся. Здесь рождаются добрые отношения между людьми, и тогда махалля — будто одна семья. Если свадьба — помогают все хозяйки.

К дому мы подошли как раз вовремя: в этот момент во дворе Каримовых раздался трубный звук карнаев — глашатаев всех празднеств. Сейчас они

созывали гостей на серебряную свадьбу.

А в Доме культуры женщины уже заканчивали свое дело. Столы буквально ломились от угощения. Патыры — большие круглые лепешки пресного хлеба, жареный миндаль, конфеты, всевозможные печенья, алые арбузы, гранаты, блюда винограда, кок-чай в пестрых пиалах... Прямо в мякоть ароматных дынь, ловко вырезанных в форме ваз, достарханщицы поставили розы, гладиолусы, левкои...

По старинному узбекскому обычаю в таких случаях подают только сладкое. Жизнь Патиляхон и Абдухамида прошла у всех на виду. В уважении друг к другу. Честная и добрая жизнь. Потому и свадьба сладкая. Шестеро детей сопровождали родителей от квартиры до праздничного стола в Доме культуры. Хорошие дети: старший сын окончил педагогический институт, дочь — музыкальное училище, другая девочка — десятилетку, остальные трое — еще учатся в школе.

Вот Каримовы заняли почетные места. Смолкла музыка, и моя знакомая Сурмахон вышла вперед. Она поздравила юбиляров, пожелала им долгой и счастливой жизни, пожелала отпраздновать золотую свадьбу и от имени горисполкома вручила приветственный адрес и подарок — радиоприемник последней марки. Смущенный стоял, слушая ее, Абдухамид Каримов, а его жена даже и не скрывала счастливых слез. Лишь поклонилась низко.

Потом были подарки от женского совета махалли, от соседей, от детей. И началось веселье!

Лишь в одиннадцатом часу ночи стали расходиться гости. На ступенях Дома культуры мы простились с Каримовыми — за ними пришла нарядно украшенная «Волга».

Новый, прекрасный обряд вошел в жизнь старого города. 

 

ПАМЯТНИК

 

Город Маргелан в старину называли шелковым. Мастера здесь были отменные и художники тонкие, наблюдательные. На свои ткани они переносили узоры света и тени, падающие на дорогу от листвы деревьев в яркий безоблачный день. Всеми цветами радуги сиял хан-атлас, выходивший из их рук. Слава эта дожила и до наших дней. Только теперь в Маргелане не маленькие частные мастерские или отдельные примитивные станки, как прежде, а огромные, оснащенные передовой техникой государственные предприятия — шелковый комбинат, фирма «Атлас», где работают тысячи человек. Овладеть механизацией ткацкого производства помогали маргеланцам москвичи с фабрики «Красная роза».

Маргелан, как все города Ферганской долины, — зеленый, наполненный журчанием бегущей по арыкам воды. Вокруг «старого города» с мечетью на середине площади выросли новые

районы с многоэтажными благоустроенными домами, большими красивыми магазинами, густыми парками.

С Рано Кличевой, мастером шелкокомбината, мы разговорились случайно. Гуляя по городу, я остановилась у памятника: стройная девушка, вся порыв, гордо подняв голову, шагнула вперед...

Это Нурхон,—сказала возле меня женщина. — Наша любимица. ,

А почему ей памятник?

Очень печальная история, — ответила женщина (это и была Рано) и вот что рассказала мне.

Однажды в Маргелан приехали артисты из Ташкента. Закутавшись в паранджу, Нурхон потихоньку пробралась в клуб и спряталась в самом дальнем уголке. То, что девушка увидела на сцене, потрясло ее. В тот вечер она решила во что бы то ни стало стать актрисой. Даже то, что пошла вечером одна в театр, было преступлением религиозных законов, а тут — актрисой! На нее обрушились угрозы отца, плакала мать, но все-таки она сделала, как решила.

Одной из первых в городе сбросила она паранджу и отправилась на учебу в Ташкент. Горьким был ее отъезд. Отец проклял дочь за то, что она нарушила законы, по которым жили предки, законы Аллаха.

Спустя несколько лет, было это в 1929 году, Нурхон, уже актриса, приехала на гастроли в родной город. Маргеланцы дарили ей алые и белые розы. Чуть не на руках вынесли из клуба, где шел спектакль. Но были и такие, что отворачивались и плевали в ее сторону. А ближе к вечеру пришел за ней братишка и пригласил домой: отец зовет. Радостная бежала девушка знакомой улицей. Значит, отец простил! Она увидится с матерью и сестричками.

Ее встретили как почетного гостя. Усадили на ковер. Подали ей чай. Но не знала Нурхон, что ждет ее. Старший брат подкрался сзади и хлопковым ножом перерезал ей горло, как велел ему фанатик-отец.

Преступники были наказаны по советским законам. И тогда соседи решили поставить памятник Нурхон. К ним присоединились вся махалля, а потом и весь город.

Люди, отказавшиеся от старых обычаев, чтят память той, кто в числе первых осмелилась преступить их.

 

СВЕКРОВИ И НЕВЕСТКИ

 

В зале одной из маргеланских школ было много народа: пожилые женщины в белых шалях, женщины помоложе — в ярких платках. Здесь была встреча свекровей и невесток, которую организовал женский совет махалли Милтиксоз.

По узбекскому обычаю сын приводит невестку к себе в дом, в новую для нее, часто уже большую семью. В последнее время, правда, некоторые молодые семьи начали селиться отдельно от родителей, но чаще живут все вместе. Нелегко бывает невестке первое время, пока привыкнет, пока найдет общий язык со всеми членами семьи. Да и свекрови бывают порой суровы, не прощают ошибок. Вот и возникают недоразумения. Как избежать этого, чтобы в семье был лад, чтобы не страдала от этого работа? А кое- где еще живы и предрассудки, рожденные религией, когда младшая невестка в доме вообще не имеет никаких прав, не должна, например, говорить в присутствии свекрови. Словом, проблем много, всех они волнуют.

Открыла эту встречу заслуженная учительница республики, директор школы Саодат Фазиева. Она говорила о том, как важно правильно построить взаимоотношения в семье, что вопрос этот — о принципах, на которых строится новая советская семья, — государственный. Саодат говорила не вообще, а конкретно, рассказывала о разных судьбах, разбирала житейские ситуации, знакомые сидящим в зале, похожие на их собственные.

После ее доклада на трибуну пригласили скромную пожилую женщину. Что скажет собравшимся эта свекровь? В первый раз в жизни она вот так, на виду у всех, а уважаемые люди ждут ее слова. Она очень смущается, а из зала ее ободряют:

«Говори! Говори! Мы знаем тебя!» Наконец, решившись, она тихонько сказала:

Не знаю я, почему мы не ссоримся. Наверное, потому что уступаем друг другу. Там, где мир, там и счастье... Пусть лучше молодые скажут, они умеют...

Ей дружно аплодировали.

За ней на трибуну поднялась красивая молодая женщина в темно-красном бархатном платье.

Я хочу при всех поблагодарить свою свекровь, — сказала она. — Вот я сейчас говорю с вами, а малыш у нее на руках. Вон там, видите! — она кивнула в ту сторону, где сидели почетные свекрови. — Я учусь на пятом курсе, в педагогическом институте и уже преподаю в школе. И все это благодаря свекрови. Я вышла замуж после десятилетки. Муж велел: «Сиди дома и помогай матери!» Но моя мама, свекровь свою я иначе и не называю, сказала: «Нет, дочка. Иди учись. Так вы с мужем лучше жить будете. А с детьми как-нибудь управимся». У нас в семье три невестки и все работают. И ссориться некогда. А помогает нам мама. Шутка ли — 15 внуков у нее!

Никого не оставил равнодушным этот рассказ. Все восхищались добротой, мужеством и житейской мудростью пожилой женщины, сумевшей перешагнуть через привычные устои.

 

ПРАЗДНИК

 

В Коканде была весна.

Коканд — город 60 национальностей, и потому в нем тесно и причудливо переплелись различные уклады жизни. Но издавна все праздновали здесь приход весны в день новруза. Когда-то мусульманские священнослужители пытались поставить этот традиционный праздник на службу религии. Но всегда в нем преобладало истинно народное начало — искреннее веселье, музыка, шутки — то, что чуждо исламу, требующему от человека больше думать о жизни «по ту сторону». В наши дни новруз, совсем освобожденный от религиозного налета, превратился в яркое, веселое народное празднество, на котором прежде всего чествуют людей труда.

Я приехала в Коканд незадолго до назначенной апрельской субботы. Город чистился, украшался, наводил блеск. На домах вывешивали флажки и плакаты, вдоль арыков сажали, как заведено в это время, фруктовые деревья, под окнами — душистые цветы. В 17-й махалле торопились закончить к празднику строительство клуба — его возводили всем кварталом.

И вот настал долгожданный день праздника.

Ясное утро. С центральной площади Коканда под звуки карнаев во все махалли города разъезжаются украшенные стягами, цветами и лозунгами машины. «На праздник! Выходите все на праздник! — зовут с машин любимые кокандцами аскаячи-острословы. — Мы хорошо поработали, теперь и повеселиться не грех!» — призывают они. Празднично одетые люди выходят на улицу. У каждого на груди красный мак — знак праздника. А чайханы уже открыли двери, уже задымили мангалы шашлычниц. Во дворах домов, в клубах, в фойе широкоэкранного кинотеатра «Бахор», на стадионе имени Комсомола, прямо на улицах и площадях достарханщицы накрывают столы. За пиалой кок-чая хорошо поговорить о житье-бытье со знакомыми и незнакомыми, послушать беседу врача, педагога, ученого. Самые знатные гости — те, чей труд отмечен городом особо, — собрались в парке имени Фурката. Они знакомятся за пиалой душистого кок-чая, беседуют с молодежью.

А в парках на эстрадах выступали самодеятельные и известные артисты. Но больше всего зрителей собирают сегодня состязания поэтов и острословов.

Два дня веселился Коканд. Два дня звенел песнями и музыкой, дымился аппетитным духом шашлыков и плова. Все, что происходило в эти дни, дышало доброжелательностью людей друг к другу. Закончился праздник массовым танцелл «фируза». Танцевали всюду — ив парках, и в садах, и на площадях города, и прямо около домов в своих махаллях. Аксакалы, глядя, как девушки с радостью откликаются на приглашение юношей потанцевать и спешат вместе в общий круг, — только качают головами: «Вот ведь как теперь!» В их молодое время женщины не смели танцевать с мужчинами. Но глаза стариков смеются. Общее веселье передалось и им. Да и как не радоваться, когда так красиво, радостно и дружно живут вокруг!

В колхозном парке культуры выступает самодеятельный ансамбль песни и танца.В колхозном парке культуры выступает самодеятельный ансамбль песни и танца. 

 

Перейти на страницу загрузки

СКАЧАТЬ "НАУКА И РЕЛИГИЯ" №3 Март 1978 год

 

Полное или частичное копирование материалов сайта разрешается только при указании активной ссылки : Источник материала - "Советское Время"

Яндекс.Метрика