Жизнь и творчество И. С. Тургенева. (Якушин Н. И.) 1988 год - Советские учебники

Скачать Советский учебник

 Жизнь и творчество И. С. Тургенева

 Жизнь и творчество И. С. Тургенева. (Якушин Н. И.) 1988

Назначение:  МАТЕРИАЛЫ ДЛЯ ВЫСТАВКИ В ШКОЛЕ И ДЕТСКОЙ БИБЛИОТЕКЕ

© Издательство "Детская литература" Москва 1988

Авторство: Якушин Н. И.

Формат: DjVu, Размер файла: 35.9 MB

 


СОДЕРЖАНИЕ

 

Скачать учебник  СССР - Жизнь и творчество И. С. Тургенева. (Якушин Н. И.) 1988 года  

Скачать

     Скачать...

 

 

См. Отрывок из учебника........

 

 ПОЛНЫЙ ТЕКСТ КНИГИ

 

 

 

      ...Ежели Пушкин имел полное основание сказать о себе, что он пробуждал «добрые чувства», то то же самое и с такою же справедливостью мог сказать о себе и Тургенев. 

      М. Е. Салтыков-Шедрин 

      

Творчество Ивана Сергеевича Тургенева — это своеобразная художественная летопись, запечатлевшая жизнь России в период перехода от феодально-крепостнического к буржуазно-капиталистическому строю. В его произведениях нашли свое отражение важнейшие этапы русского общественного движения, начиная со студенческих кружков Московского университета 1830-х годов и кончая движением революционеров-народников в 1870-е годы. 

      Произведения Тургенева всегда были теснейшим образом связаны с современностью, с насущными вопросами русской действительности. «Он быстро угадывал новые потребности,— писал Н. А. Добролюбов,— новые идеи, вносимые в общественное сознание, и в своих произведениях непременно обращал (сколько позволяли обстоятельства) внимание на вопрос, стоявший на очереди и уже смутно начинавший волновать общество». Ни одного сколько-нибудь значительного события общественной и литературной жизни не проходило мимо внимания писателя. «В современном русском обществе едва ли найдется хоть одно крупное явление, к которому Тургенев не отнесся с изумительнейшею чуткостью, которого он не попытался истолковать»,— отмечал М. Е. Салтыков-Щедрин. 

      Всю свою жизнь Тургенев боролся против крепостничества и реакции. Он не был политическим борцом и по многим вопросам расходился с представителями революционной демократии, но вся его литературная и общественная деятельность была направлена против гнета и насилия, царивших в России, и объективно служила идеалам демократии и прогресса. 

      В своих произведениях Тургенев с глубочайшим сочувствием изобразил представителей передовой демократически настроенной молодежи, самоотверженно боровшейся против произвола царского правительства. Он восхищался бесстрашием русских революционеров, вступивших в открытую борьбу с самодержавием. 

      Тургенев явился создателем замечательных образов русских женщин, он раскрыл их высокий нравственный облик, душевную чистоту и страстное стремление вырваться из сферы личной жизни на широкие просторы общественной деятельности и борьбы. «Тургенев,— говорил Л. Н. Толстой А. П. Чехову,— сделал великое дело тем, что написал удивительные портреты женщин». 

      Тургеневу принадлежит заслуга в создании социальнопсихологического романа, в котором личная судьба героев была неразрывно связана с судьбой своей страны. Тургенев был непревзойденным мастером в раскрытии внутреннего мира человека во всей его сложности. Произведениям писателя были свойственны глубокий лиризм и ясность повествования. Поражает точность и выразительность, благозвучие и простота тургеневского языка. Недаром В. И. Ленин писал, что «...язык Тургенева, Толстого, Добролюбова, Чернышевского — велик и могуч». 

      Творчество Тургенева оказало огромное воздействие на развитие русской и мировой литературы. По словам М. Горького, он оставил «превосходное наследство». Крупнейшие писатели неоднократно отмечали то благотворное влияние, которое оказывали на них произведения великого русского писателя. 

      Вся жизнь и творчество Тургенева были неразрывными узами связаны с судьбами России и русского народа. Писатель безмерно любил свою родину, свято верил в свой народ, в его великое предназначение. «Мы...— писал он,— народ юный и сильный, который верит и имеет право верить в свое будущее». 

      

      ДЕТСТВО. ГОДЫ УЧЕНИЯ 

      1818 года, 28 октября, в понедельник, родился сын Иван, ростом 12 вершков, в Орле, в своем доме, в 12 часов утра» — такую запись сделала в своей памятной книжке Варвара Петровна Тургенева. 

      Иван Сергеевич был ее вторым сыном. Первый — Николай — родился двумя годами раньше, а в 1821 году в семье Тургеневых появился еще один мальчик — Сергей. 

      Трудно представить себе более непохожих людей, чем родители будущего писателя. 

      Мать — Варвара Петровна, урожденная Лутовинова,— женщина властная, умная и достаточно образованная, красотой не блистала. Была она небольшого роста, приземистой, с широким лицом, попорченным оспой. И лишь глаза были хороши: большие, темные и блестящие. 

      Рано потеряв отца, Варвара Петровна воспитывалась в семье отчима, где чувствовала себя чужой и бесправной. Не выдержав притеснений, она вынуждена была бежать из дома и нашла приют у своего дяди, Ивана Ивановича Лутовинова, человека сурового и нелюдимого. На свою племянницу он мало обращал внимания, однако держал ее в строгости и за малейшее ослушание грозил выгнать из дому. Внезапная смерть дяди неожиданно превратила забитую приживалку в одну из самых богатых невест в округе, владелицу огромных поместий и почти пяти тысяч крепостных крестьян. 

      Варваре Петровне было уже тридцать лет, когда она познакомилась с молодым офицером Сергеем Николаевичем Тургеневым. Он происходил из старинного дворянского рода, который, однако, к тому времени уже оскудел. От былого богатства осталось лишь небольшое имение. Сергей Николаевич был красив, изящен, умен. И не удивительно, что на Варвару Петровну он произвел неотразимое впечатление, и она дала понять, что если Сергей Николаевич посватается, то отказа не последует. 

      Молодой офицер раздумывал недолго. И хотя невеста была на шесть лет старше его и привлекательностью не отличалась, однако громадные угодья и тысячи крепостных душ, которыми она владела, определили решение Сергея Николаевича. 

      В начале 1816 года состоялось бракосочетание, и молодые поселились в Орле. 

      Своего мужа Варвара Петровна боготворила и побаивалась. Она предоставила ему полную свободу и ни в чем не ограничивала. Сергей Николаевич жил так, как ему хотелось, не обременяя себя заботами о семье и хозяйстве. В 1821 году он вышел в отставку и вместе с семьей переехал в имение жены Спасское-Лутовиново, в семидесяти верстах от Орла. Летом того же года Тургеневы со всеми домочадцами совершили длительное заграничное путешествие, а вернувшись из него, зажили, как вспоминал Иван Сергеевич, «дворянской, медленной, просторной и мелкой жизнью... с обычной обстановкой гувернеров и учителей, швейцарцев и немцев, доморощенных дядек и крепостных нянек». 

      Имение Тургеневых Спасское-Лутовиново располагалось в березовой роще на пологом холме. Вокруг просторного двухэтажного господского дома с колоннами, к которому примыкали полукруглые галереи, был разбит громадный парк с липовыми аллеями, фруктовыми садами и цветниками. Парк был удивительно красив. Могучие дубы росли в нем рядом со столетними елями, высокими соснами, стройными тополями, каштанами и осинами. У подножия холма, на котором стояла усадьба, были вырыты пруды, служившие естественной границей парка. А дальше, насколько хватало глаз, простирались поля и луга, изредка перемежаемые небольшими холмами и рощами. Здесь, среди изумительной и неповторимой красоты средней полосы России, и прошло детство будущего писателя. 

      Воспитанием детей занималась преимущественно Варвара Петровна. Перенесенные в свое время в доме отчима и дяди страдания не лучшим образом отразились на ее характере. Своенравная, капризная, истеричная, к детям своим она относилась неровно. Порывы заботливости, внимания и нежности сменялись приступами ожесточения и мелкого тиранства. По ее приказу детей наказывали за малейшие проступки, а иногда и без всякой причины. «Мне нечем помянуть моего детства,— говорил много лет спустя Тургенев.— Ни одного светлого воспоминания. Матери я боялся, как огня. Меня наказывали за всякий пустяк — одним словом, муштровали, как рекрута. Редкий день проходил без розог; когда я отваживался спросить, за что меня наказывали, мать категорически заявила: «Тебе об этом лучше знать, догадайся». 

      На всю жизнь сохранилась в сознании писателя горечь за несправедливо нанесенные обиды и унижения. 

      С отцом у Ивана Сергеевича отношения были сложные. Вот как он сам рассказывал об этом в своей во многом автобиографической повести «Первая любовь»: «Странное влияние имел на меня отец — и странные были наши отношения. Он почти не занимался моим воспитанием, но никогда не оскорблял меня; он уважал мою свободу — он даже был, если можно так выразиться, вежлив со мною... только он не допускал меня до себя. Я любил его, я любовался им, он казался мне образцом мужчины — и, боже мой, как бы я страстно к нему привязался, если бы я постоянно не чувствовал его отклоняющей руки!.. Бывало, стану я рассматривать его умное, красивое, светлое лицо... сердце мое задрожит, и все существо мое устремится к нему... он словно почувствует, что во мне происходит, мимоходом потреплет меня по щеке — и либо уйдет, либо займется чем-нибудь, либо вдруг весь застынет, как он один умел застывать, и я тотчас же сожмусь и тоже похолодею». 

      Когда Тургенев подрос, его ужаснули картины насилия и произвола, с которыми он сталкивался на каждом шагу. Мальчик видел жестокость своей матери по отношению к дворовым людям. Она не выносила, когда кто-нибудь осмеливался ей противоречить. И гнев ее был страшен. Редкий день проходил без того, чтобы со стороны конюшни не раздавались крики наказываемых плетьми людей. И, слыша это, мальчик давал себе клятву никогда и ни при каких обстоятельствах не поднимать руки на человека, хоть в чем-нибудь зависимого от него. «Ненависть к крепостному праву уже тогда жила во мне,— писал позднее Тургенев,— она, между прочим, была причиной тому, что я, выросший среди побоев и истязаний, не осквернил руки своей ни одним ударом — но до «Записок охотника» было далеко. Я был просто мальчик — чуть не дитя». 

      Живой, впечатлительный, не по годам развитый мальчик внимательно прислушивался к разговорам взрослых, охотно общался с дворовыми людьми, от которых узнавал много нового и интересного: разные истории, рассказы, предания, бывальщины. Игрушки мало занимали его. С большей охотой проводил он время, гуляя в парке, где у него были свои любимые уголки, удил в пруду рыбу, ловил птиц. Его часто можно было видеть среди лесников и охотников Спасского, которые учили его стрелять из ружья, узнавать повадки диких уток, перепелок, куропаток и певчих птиц. Постепенно в мальчике зародилась страсть к охоте, ставшая позднее для него не только любимым развлечением, но и временем, когда он мог ближе познакомиться с простыми людьми и лучше узнать крестьянскую жизнь во всей ее неприглядности. 

      В доме Тургеневых была довольно большая библиотека. В огромных шкафах хранились произведения античных писателей и поэтов, сочинения французских энциклопедистов: Вольтера, Руссо, Монтескье, романы В. Скотта, де Сталь, Шатобриана; произведения русских литераторов: 

      Ломоносова, Сумарокова, Карамзина, Дмитриева, Жуковского, а также книги по истории, естествознанию, ботанике. Вскоре библиотека стала для Тургенева самым любимым местом в доме, где он порой проводил целые дни. В немалой степени интерес к литературе у мальчика поддерживала мать, которая довольно много читала и хорошо знала французскую литературу и русскую поэзию конца XVIII - начала XIX века. 

      В начале 1827 года семья Тургеневых переехала в Москву: пора было готовить детей к поступлению в учебные заведения. Сначала Николая и Ивана поместили в частный пансион Винтеркеллера, а затем в пансион Краузе, названный позднее Лазаревским институтом восточных языков. Здесь братья проучились недолго — всего несколько месяцев. Дальнейшее их образование было поручено домашним учителя/я. С ними они изучали русскую словесность, историю, географию, математику, иностранные языки — немецкий, французский, английский,— рисование. Русскую историю преподавал поэт И. П. Клюшников, а русскому языку учил Д. Н. Дубенский, известный исследователь «Слова о полку Игореве». 

      Учились братья легко, и родители были довольны их успехами. Однако отца огорчало то, что сыновья писали ему письма не на русском языке. В одном из писем Сергей Николаевич, лечившийся в то время за границей, замечал: «Вы все мне пишете по-французски или по-немецки, а за что пренебрегаете наш природный — если вы в оном очень слабы,— это меня удивляет. Пора! Пора! Уметь хорошо не только на словах, но и на письме объясняться по-русски — это необходимо...» 

      Тургеневу не было еще и пятнадцати лет, когда он, успешно сдав вступительные экзамены, стал студентом словесного отделения Московского университета. 

      

      УНИВЕРСИТЕТСКИЕ ГОДЫ. 

      ПЕРВЫЕ ЛИТЕРАТУРНЫЕ ОПЫТЫ. 

      СЛУЖБА 

      Московский университет в то время был основным центром передовой русской мысли. По словам А. И. Герцена, «в него, как в общий резервуар, вливались юные силы России со всех сторон, из всех слоев; в его залах они очищались от предрассудков, захваченных у домашнего очага, приходили к одному уровню, браталйсь между собой и снова разливались во все стороны России, во все слои ее». В его стенах почти одновременно учились такие замечательные деятели русской культуры, как А. И. Герцен, Н. П. Огарев, В. Г. Белинский, М. Ю. Лермонтов, И. А. Гончаров и другие. 

      Среди молодых людей, пришедших в университет в конце 1820-х и в начале 1830-х годов, свято хранилась память о декабристах, с оружием в руках выступивших против самодержавия. «Мы были уверены,— писал А. И. Герцен,— что из этой аудитории выйдет та фаланга, которая пойдет вслед за Пестелем и Рылеевым, и что мы будем в ней». 

      Студенты внимательно следили за событиями, происходившими тогда в России и в Европе. Июльская революция 1830 года во Франции, восстание в Польше, холерные бунты, прокатившиеся по всей России, способствовали формированию в среде студенчества вольнолюбивых устремлений. Тургенев позднее говорил, что именно в эти годы у него стали складываться «весьма свободные, чуть не республиканские убеждения». 

      Конечно, цельного и последовательного мировоззрения Тургенев в те годы еще не выработал. Ему едва минуло шестнадцать лет. Это был период роста, период поисков и сомнений. 

      В то время университет не давал студентам глубоких и основательных знаний. «Больше лекций и профессоров развивала студентов аудитория юным столкновением, обменом мыслей, чтения...» — вспоминал А. И. Герцен. 

      Особенно заинтересовали Тургенева лекции профессора М. Г. Павлова — активного пропагандиста философского учения Шеллинга и его последователей. Павлов учил студентов самостоятельно мыслить, пробуждал в них интерес к изучению различных философских систем. 

      В Московском университете Тургенев проучился всего один год. После того как его старший брат Николай поступил в гвардейскую артиллерию, расквартированную в Петербурге, отец решил, что братьям не следует разлучаться, и поэтому летом 1834 года Тургенев подал прошение о переводе на филологическое отделение философского факультета Петербургского университета. 

      Не успела семья Тургеневых обосноваться в столице, как неожиданно умер Сергей Николаевич. Смерть отца глубоко потрясла Тургенева и заставила его впервые серьезно задуматься о жизни и смерти, о месте человека в вечном движении природы. Мысли и переживания юноши нашли свое отражение в целом ряде лирических стихотворений, а также в драматической поэме «Стено». 

      Первые литературные опыты Тургенева создавались под сильнейшим воздействием господствовавшего тогда в литературе романтизма, и прежде всего поэзии Байрона. Это особенно чувствуется в поэме «Стено». Ее герой — пылкий, страстный, полный восторженных стремлений человек, который не желает мириться с окружающим его миром зла, но и не может найти применения своим силам и в конце концов трагически погибает. Позднее Тургенев весьма скептически отзывался об этой поэме, называя ее «нелепым произведением, в котором с детской неумелостью выражалось рабское подражание байроновскому Манфреду». 

      Однако нельзя не отметить, что в поэме «Стено» нашли свое отражение размышления юного поэта о смысле жизни и о назначении в ней человека, то есть вопросы, разрешить которые пытались многие великие поэты того времени: Гете, Шиллер, Байрон. 

      После Московского столичный университет показался Тургеневу бесцветным. Здесь все было по-другому: не было той атмосферы дружбы и товарищества, к которой он привык, не чувствовалось стремления к живому общению и спорам, мало кто интересовался вопросами общественной жизни. Да и состав студентов был иной. Среди них было много юношей из аристократических семей, которые мало интересовались наукой. 

      Преподавание в университете велось по довольно широкой программе. Но серьезных знаний студенты не получали. Интересных преподавателей не было. Ближе других оказался Тургеневу лишь П. А. Плетнев, о котором он позднее писал: «Как профессор русской литературы, он не отличался большими сведениями; зато он искренне любил «свой предмет», обладал несколько робким, но чистым и тонким вкусом и говорил просто, ясно, не без теплоты. Главное: он умел сообщать своим слушателям те симпатии, которыми сам был исполнен,— умел заинтересовать их...» 

      Плетнев был человеком доброжелательным и очень тепло относился к молодежи. Особого внимания он удостаивал студентов, проявлявших интерес к литературе: всегда поддерживал, помогал им, приглашал на свои литературные вечера. Одним из таких студентов был и Тургенев. Он стал бывать в доме Плетнева и познакомился там с известными литераторами — А. В. Кольцовым и В. Ф. Одоевским. А однажды лицом к лицу столкнулся с А. С. Пушкиным, которого он боготворил: «Пушкин был в ту пору для меня, как и для многих моих сверстников, чем-то вроде полубога. Мы действительно поклонялись ему». 

  

 

 

Полное или частичное копирование материалов сайта разрешается только при указании активной ссылки : Источник материала - "Советское Время"

Яндекс.Метрика